• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
22:37 

Дорога от Ярославля до Данилова проходила под песню "Едем, едем в соседнее село на дискотеку".

@темы: заметки ни о чём

17:35 

До отпуска две с половиной смены. Ну или просто две, если я настроена (а я настроена) попросить Наташу отпустить меня домой во вторник. Благо она мне две ночи должна. Если такое случится, то первым делом займусь домом - всё же приезжает Бэт и надо как-то прилично выглядеть))) Да и поспать хорошо не мешает, чтобы погулять выйти)))

@темы: заметки ни о чём

17:53 

Считаю дни даже не до отпуска - до приезда Бэт. Уже распланировала меню, осталось определиться с милостями-пряностями) В том числе и для её сестры. Урр! Просто урр!

@темы: заметки ни о чём

21:46 

Чем дальше в лес, тем толще партизаны. Или о том, что творят сценаристы "Мёртвого лета". Демон дохлый. Больной какой-то демон.

17:58 

Сидим в воскресенье на смене, вроде всё тихо, так что чай пьём. Позвали и дежурного доктора - как раз наша и дежурила. Вот и зашёл разговор об альтернативных методах лечения. И она рассказала, что когда училась и подрабатывала в клинической больнице у них в городе, то был такой случай: на травму привезли пациента (пол она не уточняла) с открытым переломом. Две недели мочу дома прикладывали - думали, что срастётся. А оно не срослось...

@темы: работа-работа, пойди на федота

12:42 

И ещё анекдот с гастро. Дежурила доктор наша, её туда вызвали - сын требовал вызвать для матери психиатров, основываясь на том, что бабка якобы тараканов видит. Ну доктор сказала, что пациентка адекватная и повода для вызова спецбригады нет. Сынок продолжал скандалить. Ок. Сделали запись в истории, вызвали бригаду. Приехал доктор, посмотрел и сказал, что бабку они забирать не будут, а вот сынка можно бы...

@темы: работа-работа, пойди на федота

15:40 

Ужасно, просто ужасно громко во мне рыдает книгофанатик. Хочется сборник, но цена останавливает. Особенно перед отпуском это ощутимо. Не отпуск бы - точно купила бы)

21:03 

Вечер разочарований просто. Сначала "Мёртвое лето" - нет, ну они серьёзно?! Сценаристы, прекратите, мне больно!!!
Потом "Проклятие вендиго" - ну что мне стоило подождать немного, а не отдавать за книгу почти 1000, при том, что она в сети появилась за 312( Моё нетерпение меня когда-нибудь погубит((

19:24 

Прислала мне Бэт книгу удмуртских сказок, мифов и легенд. Ооо, это просто что-то! Издание даже в руки приятно взять, не говоря уж про чтение. Всё. Я заболела и хочу народный удмуртский костюм!

12:32 

Ивакуру не слили совсем. От Ноймана остались только очки, но всё равно возникает ощущение недосказанности.

12:31 

То неловкое чувство, когда твоя кошка практикует Юев шаг...

17:16 

Начала собирать изображения маяков. Пока только ирландских. Это так забавно.

20:30 

Слили Ивакуру. Грёбаная Крепость!!!

12:11 

Неловкое чувство, когда наркоман вызывает по экстренной кнопке на температуру 38,5. А нужен ему волшебный укол анальгина с димедролом. Замечу - после этого он довольно бодро ползает по коридору.

@темы: работа-работа, пойди на федота

20:02 

Итак, отпуск позади, впереди новые трудовые свершения. Ездила в Ижевск. Он реально огромный! Просто город-гигант. Ходили с Бэт в музей Калашникова - мой внутренний милитарист тихо пищал от счастья и падал лапками вверх. Гуляли по магазинам, но это если погода позволяла, а так было не всегда( И я посмотрела "Зверополис"! Он крут! Как всегда привезла тонну книжек и потрясные открытки по мифологии Удмуртии. До Казани не доехали. Я здраво рассудила, что шестичасовая (а это на два часа меньше чем от меня до Москвы) поездка в электричке не скажется на моём душевном равновесии положительно. Но было круто! Бэт просто лапушка и солнышко!

Но куда в хорошем месте без ложки дёгтя? Правильно - никуда.
Ложка дёгтя. читать дальше

20:46 

Пишет Гость:
18.12.2011 в 13:04


Исполнение 3
218 слов


Движение хиппи, хоть Чарльз и не жаловал психоактивных веществ, всё же было в остальном созвучно его идеям. Их лозунг «занимайтесь любовью, а не войной» был для Ксавьера как родной. Он очень хотел бы, чтобы Магнето ему следовал, но тот теперь был стреляный воробей, отвлечь его от войны любовью второй раз не получалось.
«Отвлеку тогда хотя бы музыкой», - подумал Чарльз, хихикнул и послал в подарок рояль. А чего мелочиться?

Когда они с Мистик вернулись с задания, Азазель моргнул несколько раз, ущипнул себя за руку, пару раз телепортнулся по комнате туда-сюда и, наконец, поверил, что это ему не кажется – Магнето действительно сидел за роялем Bösendorfer и играл мелодии, абсолютно не подходящие такому пафосному инструменту. Ещё и напевал беззаботным голосом, абсолютно не подходящим его жестокой персоне:
- …Купите бублики,
Горячи бублики,
Купите бублики,
Да поскорей!
За эти бублики
Гоните рублики
Что для республики
Всего милей!
- Цыплёнок жареный,
Цыплёнок пареный
Пошел по Невскому гулять.
Его поймали,
Арестовали,
Велели паспорт показать…

- Кто тебя научил? – дослушав, спросила Рейвен.
- Мотл, бродячий музыкант. Он снимал у нас чердак.
- Вау.
- А ещё я неплохой шулер.
- Вау.

Чарльз читал с помощью Церебро мысли Братства. Риптайд и Ангел недоумевали, Эмма полировала ногти, Азазель был жутко рад новому начальству. У Рейвен в голове было весело и гуляла какая-то молодая женщина в кожаной тужурке.

URL комментария

20:37 

Пишет Гость:
24.01.2012 в 01:28


Автора понесло, слов получилось много, таблетки изменили конфигурацию, а вместе с Эриком приперлась и вся Magneto-team. в общем, простите за все :alles:

Исполнение № 1
Слов: 1260


читать дальше

URL комментария

20:16 

Пишет xmfc guest:
05.10.2014 в 15:01


Исполнение 1
700 слов

Директор интерната для странных детей имени Макаренко Чарльз Френсисович Ксавье был удивительным человеком. Во-первых, он был слишком молод для должности директора, а во-вторых, без труда находил подход не только к своим странным воспитанникам, но и к многочисленным инспекторам по пожарной, газовой и прочим безопасностям. Всякий выходящий из кабинета товарища Ксавье вне зависимости от повода визита улыбался. И это очень пугало «ответственных за…».
Даже дед Забодаев (кремень, а не дед!), известный в N самогонщик, ушел от Чарльза Френсисовича корча рожи, отдаленно напоминающие улыбку. Дед собирался «слупить с буржуя рупь, а то и трешку» за якобы сломанный Ксавьеровцами забор, и обобранные яблоки. Проговорив с директором около получаса, дед вышел, не хромая, хотя уже двадцать лет ему носили пособие за «ранение», и ушел, не получив ни копейки. А потом еще и с самогонкой завязал на целую неделю.
Словом, жители N старались без крайней нужды Чарльза Френсисовича не беспокоить. Поговаривали только шепотом, что чуднОй он больно. Чудной, но «свой», потому что воспитанников держал в сытости, тепле и разумной строгости. Строгость, впрочем, обеспечивал второй, считая самого товарища Ксавье, учитель интерната – товарищ Леншерр. Подозрительный тип. Такого за одно только заграничное пальто никто бы ночевать не пустил. Все боялись и ждали, что однажды ночью прирежет этот «залетный» Чарльза Френсисовича да оберет. Но вот прошло два с лишним года, и в городе вроде привыкли, даже здороваться начали «со шпиёном». А неопределимая нацпринадлежность Леншерра, стала чем-то наподобие местного фольклора.
Однажды товарищ Леншерр в очередной раз «откуда-то» принес два мягких стула, судя по виду, из какого-то гостиного гарнитура. Стулья были так хороши, что даже принципиальный Чарльз Френсисович, в тайне питавший слабость к изящным предметам обстановки, разрешил их оставить. И взял один себе в кабинет.
Директор, конечно, пожурил своего заместителя за нечестное приобретение мебели, не без этого. Однако в целом товарищ Ксавье уже привык к «арифметическим» способностям товарища Леншерра, позволявшим не только сэкономить, но иногда и кое-что добавить в небольшую интернатовскую копилку. Слишком хорошо Чарльзу Френсисовичу запомнилась зима, когда он вместе с детьми остался без дров и с половиной продуктового пайка из-за бюрократической ошибки. Той зимой директор недрогнувшей рукой обменял припрятанные матерью (французской эмигранткой) драгоценности на еду и теплые вещи.
Так что товарищ Леншерр, обладающий полезной способностью добыть что угодно в сжатые сроки и за сущие копейки, оказался для него поистине незаменимым приобретением.
И вот летним днем в душный послеобеденный час товарища Ксавье посетили двое гостей. Высокий брюнет в картузе неизвестного яхт-клуба и желтых ботинках сопровождал своего «дядюшку» - побитого молью бывшего дворянина, в котором от былого дореволюционного лоска осталось только пенсне.
Брюнет долго, со слезой расписывал лишения и траты, на которые они с «дядюшкой» пошли ради исполнения последней воли дорогой маменьки. А последнее желание заключалось ни много ни мало в полном гостином гарнитуре из тех самых стульев, принесенных однажды товарищем Леншерром.
«Дядюшка» на скверном французском повторял историю племянника и несколько раз назвал директора «милостивый государь», но при этом так жадно, с таким блеском в глазах смотрел на спинку стула Чарльза Френсисовича, что жалость к просителю сменялась отвращением.
С первого взгляда определивший, кто перед ним товарищ Ксавье тем не менее позволил посетителям доиграть до конца: последний раз он был в театре более полугода назад. Уставшие в разъездах артисты были и в половину не так хороши, как эти двое «гастролеров». Тут было все: и несчастная с ребенком на руках эмигрантка, и тяжелое детство в приюте и последняя воля умирающей матери - Чарльз Френсисович даже прослезился.
Завершился рассказ предсказуемой просьбой продать стулья по три рубля за штуку, причем, «племянник с дядюшкой» явно беспокоились, не решит ли директор поторговаться.
Но если свой стул, хоть и полюбившийся ему, товарищ Ксавье мог пожертвовать искателям сокровищ, то вряд ли существовала на свете легенда, которой можно было бы выманить его четырехногого близнеца из комнаты товарища Леншерра.
Чарльзу Френсисовичу стало даже жаль несчастных искателей – судя по всему, эти стулья разлетелись по всей стране, и директору было прекрасно известно, что оба их стула «пустые». Товарищ Леншерр в пару мгновений находил между половиц медные запонки, которые Чарльз Френсисович постоянно терял. Что уж говорить о более ценных вещах.
Немного поколебавшись, как полагается человеку, находящемуся под пятой у собственной совести, директор интерната для странных детей со вздохом приложил два пальца к виску.

- Ну, что вы приуныли, Киса? Минус два – это еще целых 5 вариантов! Следующая остановка – Москва. Лед тронулся, господа присяжные заседатели!

URL комментария

11:36 

Минутка гордости. Поставила две капельницы безвенным пациенткам. В кулаки, со вторых попыток, но попала. У одной дело осложнилось тем, что особа сия была наркоманкой с характерными дорожками и соответствующим букетом. Но я это сделала!

@темы: работа-работа, пойди на федота

18:38 

И ещё немного о работе. Кодовое название у меня для неё теперь "Penny Dreadful", ибо в точности соответствует.

@темы: работа-работа, пойди на федота

Заметки ни о чём

главная